Цветовая схема: C C
Размер шрифта A A A
Изображения:
  • 443016 г. Самара, ул. Нагорная, д. 78
  • Регистратура: 8-(846)-207-40-78;
          Приёмное отделение: 8-(846)-207-40-44;
          Секретарь: 8-(846)-207-40-30
  • psyhosp@bk.ru

О больнице

Правовое положение граждан, ограниченных в дееспособности вследствие психического расстройства

  • 22.05.2013

БОГДАНОВ Е.В., заведующий кафедрой гражданского права РПА Минюста России, доктор юридических наук, профессор.

В статье 30 ГК РФ предусмотрено ограничение дееспособности граждан, которые вследствие психического расстройства не могут понимать значение своих действий или руководить ими.

Длительное время такие лица либо признавались недееспособными и тем самым практически отстранялись от самостоятельного участия как в гражданском обороте, так и в общественной жизни страны, поскольку осуществление и защита прав данных лиц, исполнение ими обязанностей возлагаются на опекунов. Они не принимают участия в избирательном процессе. Им запрещается заключать брак и т.д. Либо же лица с ущербной психикой остаются полностью дееспособными, но при этом они оказываются один на один со своими проблемами, в том числе при защите своих прав от недобросовестных лиц, желающих использовать их болезненное состояние для личного обогащения. Практика показывает, что нередко лицами с психическими расстройствами манипулируют при составлении ими завещаний, заключении договоров дарения и других сделок.

Однако проблема заключается в том, что психические расстройства у человека могут иметь различные формы. Достаточно часто страдающие ими граждане в какой-то мере и при определенных условиях могут ориентироваться в окружающей обстановке, понимать значение своих действий или руководить ими. Все зависит от глубины психического расстройства, особенностей его течения, продуктивности лечения и т.д. и было бы негуманно как признавать их недееспособными, так и вообще оставлять без какой-либо помощи.

Решение было найдено в виде ограничения дееспособности указанных лиц и назначения им попечителя. В соответствии с п. 2 ст. 30 ГК РФ (вступает в силу 2 марта 2015 г.) <1> гражданин, который вследствие психического расстройства может понимать значение своих действий или руководить ими лишь при помощи других лиц, может быть ограничен судом в дееспособности в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством. Над ним устанавливается попечительство.

--------------------------------

<1> Федеральный закон от 30 декабря 2012 года N 302-ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" // СЗ РФ. 31.12.2012. N 53 (ч. I). Ст. 7627.

В принципе мировой новизны в этом решении нет. Нормы, предусматривающие ограничение (именно ограничение) дееспособности граждан, страдающих психическими расстройствами, имеются в гражданском законодательстве многих стран и при этом длительное время успешно применяются на практике. Так, ст. ст. 490 - 514 Французского гражданского кодекса (ФГК) предусматривают несколько различных по своему содержанию правовых режимов для лиц, ограниченных в дееспособности в связи с психическими расстройствами. Например, в соответствии со ст. 491-2 ФГК совершеннолетний, помещенный под охрану прав, сохраняет возможность осуществлять свои права. Однако заключенные им сделки и принятые обязательства могут быть расторгнуты или уменьшены в случае злоупотребления. Охрану прав ограниченного в дееспособности лица осуществляют суды, которые при этом принимают во внимание состояние лица, находящегося под защитой, добросовестность или недобросовестность тех, кто имел с ним договор, пользу или бесполезность сделки. Указанный режим охраны может быть прекращен, в частности, по решению прокурора республики, установлением опеки или попечительства (ст. 491-6 ФГК).

Для совершеннолетних, имеющих попечителя, устанавливается другой правовой режим (ст. ст. 508 - 514 ФГК). Так, при установлении попечительства судья после заключения лечащего врача может перечислить некоторые сделки, которые лицо, ограниченное в дееспособности, имеет право совершать самостоятельно, либо, наоборот, добавить другие сделки к тем, для которых требуется содействие попечителя (ст. 511 ФГК). Любопытно при этом отметить, что лицо, имеющее попечителя, может по общему правилу свободно составлять завещание, однако совершение дарения возможно только при содействии его попечителя (ст. 513 ФГК).

Ограничение дееспособности граждан, страдающих психическими расстройствами, предусмотрено ст. ст. 256 - 297 Гражданского кодекса Квебека; ст. ст. 865, 138б, 151 Всеобщего гражданского кодекса Австрии и др.

Представляет определенный интерес опыт Украины. Согласно ст. 36 Гражданского кодекса Украины суд может ограничить гражданскую дееспособность физического лица, если оно страдает психическим расстройством, которое существенно влияет на его способность понимать значение своих действий и (или) руководить ими. Украинский законодатель указал на необходимость установить существенность влияния психического расстройства на способность физического лица понимать значение своих действий и (или) руководства ими.

Российское законодательство также содержит элемент существенности, только в иной редакции: ограничение дееспособности гражданина в связи с психическим расстройством возможно лишь тогда, когда он может понимать значение своих действий или руководить ими не иначе как при помощи другого лица. Если же гражданин и при помощи другого лица не в состоянии понимать значение своих действий или руководить ими, он должен быть признан недееспособным. И наоборот, если гражданин даже при наличии у него психического расстройства без помощи другого лица может понимать значение своих действий или руководить ими, его дееспособность должна остаться в неприкосновенности.

При этом в ст. 30 ГК РФ психические расстройства не дифференцируются на отдельные виды, как это имеет место, например, вст. 21 УК РФ, где говорится, что не подлежит уголовной ответственности лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, т.е. не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия или иного болезненного состояния психики.

Поскольку гражданское законодательство дифференциации психических расстройств не знает, для признания гражданина ограниченно дееспособным достаточно наличия любого психического расстройства, если только будет установлено, что вследствие этого расстройства гражданин может понимать значение своих действий или руководить ими лишь с помощью другого лица. Очевидно, что в таких случаях вынесению судом соответствующего решения должно предшествовать проведение судебно-психиатрической, судебно-психологической или комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы. Заключение экспертизы будет оцениваться судом вместе с другими обстоятельствами по делу.

Психическое состояние гражданина может изменяться в сторону улучшения или ухудшения. Данное обстоятельство влияет на способность гражданина понимать значение своих действий или руководить ими. В зависимости от обстоятельств дела суд или отменяет ограничение дееспособности гражданина и установленное над ним попечительство, или признает такого гражданина недееспособным с установлением опеки.

Ограниченный в дееспособности в связи с психическим расстройством совершает сделки с письменного согласия попечителя. Сделка, совершенная им, будет действительной также при ее последующем письменном одобрении попечителем (ст. 30 ГК РФ). При этом в предварительном согласии на совершение сделки должен быть определен предмет сделки, а при последующем согласии должна быть указана сделка, на совершение которой дано согласие (п. 3 ст. 157 ГК РФ).

Казалось бы, все продумано и каких-либо вопросов возникнуть не должно, однако они появляются.

Прежде всего следует иметь в виду, что в п. 2 ст. 30 ГК РФ речь идет о таких гражданах, которые вследствие психического расстройства могут понимать значение своих действий или руководить ими лишь при помощи других лиц. Следует как-то особо это отметить, иначе данное обстоятельство может остаться незамеченным: лишь при помощи других лиц граждане, страдающие психическими расстройствами, могут быть в состоянии понимать значение своих действий или руководить ими. Без помощи других лиц для них это невозможно.

В связи с этим возникает вопрос: как может идти речь о последующем одобрении сделки, совершенной гражданином, ограниченным в дееспособности вследствие психического расстройства еще до того, как с помощью попечителя он поймет значение совершаемого действия? В случае предварительного согласия сделка может заключаться потому, что попечитель все подробно объяснил, показал, проинструктировал и т.д. и лицо, страдающее психическим расстройством, поняло значение своего будущего действия и получило представление, как им руководить. Однако как данный субъект будет совершать сделку при последующем согласии, когда на момент ее совершения он еще не понимает ни значения своего действия, ни того, как им руководить. Что остается в этом случае: признать сделку недействительной по соответствующему основанию или последующим одобрением сделки "оздоровить" ее? Как все это может сказаться на стабильности гражданского оборота?

На наш взгляд, законодатель предпринял попытку уравнять граждан, ограниченных в дееспособности вследствие психического расстройства, с несовершеннолетними в возрасте от 14 до 18 лет. Однако этот прием представляется неверным. Что можно сказать о гражданине в возрасте 17 лет и 11 месяцев: он не понимает значения своих действий или не может ими руководить? Или он уже вполне зрелый человек и полностью ориентируется в окружающем мире и родители своим последующим одобрением совершенной им сделки лишь восполняют какую-то весьма незначительную часть жизненного опыта и, соответственно, его дееспособности? Что же касается граждан, страдающих психическим расстройством, то независимо от возраста они практически не в состоянии адекватно ориентироваться в окружающей обстановке. Они живут в несколько другом мире и не могут понимать значения своих действий или руководить ими так, как это принято в окружающей их действительности. Но психика их такова, что с помощью другого лица они могут понимать значение совершаемого действия и могут им руководить. Именно поэтому данных лиц негуманно признавать недееспособными и исключать из общественной жизни.

Самостоятельно данное лицо вправе совершать только незначительный объем юридических действий: мелкие бытовые сделки; сделки, направленные на безвозмездное получение выгоды, не требующие нотариального удостоверения либо государственной регистрации; сделки по распоряжению средствами, предоставленными попечителем или с его согласия третьим лицом для определенной цели или для свободного распоряжения, а также распоряжаться своим заработком, стипендией и иными доходами (п. 2 ст. 30 ГК РФ).

Для сравнения можно отметить, что несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет, кроме перечисленных выше сделок, вправе также самостоятельно осуществлять права автора произведения науки, литературы или искусства, изобретения или иного охраняемого законом результата своей интеллектуальной деятельности, а также в соответствии с законом вносить вклады в кредитные организации и распоряжаться ими. Следовательно, граждане, ограниченные в дееспособности вследствие психического расстройства, наделены законодателем сделкоспособностью в меньшем объеме, чем несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет.

Данное обстоятельство свидетельствует в пользу того, что вследствие психического расстройства могут ограничиваться в дееспособности не только совершеннолетние граждане, но при необходимости и несовершеннолетние лица в возрасте от 14 до 18 лет. После ограничения их дееспособности они будут обладать сделкоспособностью в меньшем объеме, чем остальные несовершеннолетние в указанном возрасте.

В соответствии с п. 2 ст. 30 ГК РФ граждане, ограниченные в дееспособности вследствие психического расстройства, несут имущественную ответственность как по самостоятельно совершенным сделкам, так и по сделкам, заключенным с согласия попечителя. То есть законодатель приравнял указанных лиц в вопросе об ответственности по сделкам к несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет. Именно такие последствия предусмотрены для них п. 3 ст. 26 ГК РФ.

Однако данное решение законодателя представляется спорным. Граждане, ограниченные в дееспособности вследствие психического расстройства, могут понимать значение своих действий или руководить ими лишь при помощи других лиц, в частности попечителя. Самостоятельно эти лица не в состоянии ни понять значение своих действий, ни руководить ими. Исключение составляют сделки, которые законодатель допускает совершать им самостоятельно. Поэтому ответственность по заключенным сделкам должна быть дифференцирована в зависимости от способа ее совершения. По сделкам, которые ограниченный в дееспособности гражданин вправе совершать самостоятельно, только он и должен нести ответственность. Если на совершение сделки было необходимо согласие попечителя и он оказался той "инстанцией", с помощью которой человек, страдающий психическим расстройством, понял значение своих действий и смог ими руководить, то вопрос об ответственности по сделке должен быть решен в зависимости от добросовестности попечителя. При этом в изъятие из общего правила о презумпции добросовестности он должен доказать свою добросовестность. При его добросовестном поведении ответственность следует возложить на гражданина, ограниченного в дееспособности. При недобросовестном - необходимо предусмотреть солидарную ответственность как ограниченного в дееспособности гражданина, так и попечителя.

Вызывает возражение и решение вопроса об ответственности за причинение вреда гражданина, ограниченного в дееспособности вследствие психического расстройства. Согласно п. 2 ст. 30 ГК РФ такие лица несут ответственность в соответствии с Гражданским кодексом. Таким образом, конкретное решение в ст. 30 ГК РФ отсутствует и по вопросу о субъекте ответственности, а также ее условиях необходимо руководствоваться нормами главы 59 ГК РФ. Прежде всего следует исключить возможность применения правил ст. 1076 ГК РФ об ответственности за вред, причиненный гражданином, признанным недееспособным. На наш взгляд, неприемлемой является и ст. 1077 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный гражданином, ограниченным в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напиткам или наркотическими средствами (видимо, данная норма будет дополнена указанием также на лиц, злоупотребляющих азартными играми), возмещается самим причинителем вреда. И даже не только потому, что лица, ограниченные в дееспособности вследствие психического расстройства, здесь не упомянуты (увы, нельзя исключить, что могут посчитать возможным уравнять в правовом положении в вопросе об ответственности граждан, страдающих психическими расстройствами, с алкоголиками, наркоманами и азартными игроками). Дело в том, что ограничение в дееспособности указанных выше лиц обусловлено тем, что они своим поведением ставят свои семьи в тяжелое материальное положение. Кроме того, их поведение - это результат личного выбора данных лиц. Не случайно согласно п. 2 ст. 1078 ГК РФ причинитель вреда не освобождается от ответственности, если сам привел себя в состояние, в котором не мог понимать значение своих действий или руководить ими употреблением спиртных напитков, наркотических средств или иным образом, в то время как ограничение в дееспособности граждан, страдающих психическим расстройством, связано с болезнью или иным болезненным состоянием.

Поскольку граждане, ограниченные в дееспособности вследствие психического расстройства, не в состоянии отдавать отчет своим действиям или руководить без посторонней помощи, это предполагает необходимость обеспечения над ними соответствующего надзора, за недолжное осуществление которого надзирающие лица (попечители) должны привлекаться к ответственности. Вместе с тем причинение вреда - это такое действие, существо которого должно понимать даже лицо с ущербной психикой. Поэтому исключать ответственность указанных лиц за причинение вреда нельзя. Они должны нести основную ответственность. Что касается лица, осуществляющего надзор, вопрос о его ответственности должен быть разрешен по аналогии со ст. 1074 ГК РФ, т.е. отвечать будет в субсидиарном порядке назначенный попечитель до восстановления полной дееспособности у подопечного, если не докажет, что вред возник не по его вине. Однако данный вопрос нуждается в специальном регулировании.

Выше уже отмечалось, что психическое состояние человека, страдающего психическим расстройством, очень изменчиво, и вполне может случиться, что в момент причинения вреда гражданин, ограниченный в дееспособности, не понимал значения своих действий или не мог ими руководить. В такой ситуации возмещение вреда должно быть осуществлено по правилам ст. 1078 ГК РФ.

Российское уголовное законодательство предусматривает правило, что психическое расстройство, не исключающее вменяемости, учитывается судом при назначении наказания и может служить основанием для назначения принудительных мер медицинского характера (п. 2 ст. 22 УК РФ). Наличие этой нормы может обусловить появление в литературе предложений о необходимости учета психического расстройства гражданина, ограниченного в дееспособности, для уменьшения размера возмещаемого вреда и (или) компенсации морального вреда. Однако уголовная ответственность направлена на личность правонарушителя, и потому состояние психического расстройства может быть учтено при назначении наказания и применении принудительных мер медицинского характера. В то время как целью возмещения имущественного вреда и компенсации морального вреда является обеспечение имущественных и личных интересов пострадавшего субъекта, что не допускает возможности снижения размера возмещаемого как имущественного, так и морального вреда по указанному основанию.


Информация о публикации

Богданов Е.В. Правовое положение граждан, ограниченных в дееспособности вследствие психического расстройства // Адвокат. 2013. N 6.